Стивен Кинг — Тёмная Башня / The Dark Tower

Тёмная Башня / The Dark TowerВсемирно известный автор романов жанра хоррор Стивен Эдвин Кинг появился на свет 21 сентября 1947 года в Общественном Госпитале Мэна города Портленд, штат Мэн. Малыш Стиви был вторым сыном Дональда и Нелли Рут Пилсберри Кинг (собственно говоря, настоящая фамилия отца Кинга была Спэнски (Spansky), но он сменил ее на более благозвучную — Кинг). Появление Стивена было неожиданным сюрпризом, поскольку Рут утверждала, что она не может иметь детей (двухлетний Дэвид был приемным сыном четы Кингов) и еще более накалило не очень благоприятную обстановку в семье. Через два года после столь знаменательного события, отец Стивена, отставной капитан торгового флота, вышел из дома за сигаретами и… так и не вернулся.
Оставшись наедине с кучей неоплаченных счетов, а также с двухлетным Стивеном и четырехлетним Дэвидом, Рут Кинг не опустила руки. Будучи по натуре жизнерадостной и активной женщиной она по сути дела являлась ярким воплощением феминистического движения, пусть и не по своей воле. Ей пришлось самостоятельно содержать двух подрастающих сыновей, работая то в прачечной, то в булочной. Конечно же, ее поддерживали многочисленные родственники — семья Кингов часто гостила то у одной, то у другой сестры Рут. Часть детства Стивена прошла в городках Форт Уэйн, штат Индиана (там жили родители отца Кинга) и Стратфорд, штат Коннектикут (там жила его тетя Лоис). Стивен и его семья также часто бывали в Молдене, штат Массачусетс и в Паунале, штат Мэн, где проживали сестры Рут… Читать далее

Майк Муркок. Скитальцы во времени. Трилогия

Подлинные и мнимые реалии XX века, времена, события и исторические персонажи причудливо переплетены в трилогии Майкла Муркока «Кочевники времени». Полковник британских колониальных войск Освальд Бастейбл вместе с китайским генералом Шень Хао, террористом Руди Дучке и бывшим спикером Государственной Думы Владимиром Ильичом Ульяновым сбрасывают с дирижабля атомную бомбу на Хиросиму. Рональд Рейган с водяным пистолетом командует отрядом американских скаутов, полчища африканских последователей учения Ганди во главе с Майклом Джексоном завоевывают Соединенные Штаты Америки, а вождь украинских повстанцев комбриг Махно борется против культа личности Стального Царя – Иосифа Виссарионовича Джугашвили… Читать далее

Джон Уиндем. Не так страшен черт…

— Здорово! — с удовлетворением сообщил Стивен. — Знаешь, когда я прокручиваю пленку в обратном направлении, я слышу собственную речь задом наперед.
Отложив книгу, Дилис посмотрела на мужа. Перед ним на столе были магнитофон, усилитель и разные приборчики. Их переплетала сложная сеть проводов, тянувшихся также к большому динамику в углу и к наушникам на голове Стивена. Пол был усыпан кусками магнитной ленты.
— Еще одно научное достижение, — холодно сказала Дилис. Как я понимаю, ты собирался только немного почистить запись, чтобы мы могли послать Мире полный отчет о вечеринке. Уверена, что она охотнее послушает его не задом наперед. Читать далее

Джон Уиндем. Выживание

Пока космодромный автобус не спеша катил около мили по открытому полю, которое отделяло привокзальные строения от грузовых подъемников, мисс Фелтон внимательно смотрела поверх ровного ряда плеч вперед. Корабль возвышался над равниной словно огромный серебряный шпиль. На его носу она увидела яркий голубой свет, говоривший о том, что все готово к старту. На огромных хвостовых стабилизаторах и вокруг них суетились крошечные механизмы и точечки людей, завершавших последние приготовления. В этот момент мисс Фелтон глядела на открывающуюся перед ней картину с непередаваемым отвращением и горькой, безнадежной ненавистью.
Наконец ее взгляд оторвался от бесконечности и сосредоточился на затылке зятя, стоящего в ярде перед ней. Читать далее

Джон Уиндем. Колесо

Старик сидел на стуле, прислонившись к побеленной стене. Это был его стул. Он аккуратно обил его заячьими шкурками. Слишком уж невелико было расстояние между его собственной шкурой и костями. Никто другой на ферме не осмелился бы сесть на стул старика. Длинные полоски кожи, из которых он собирался сплести кнут, по-прежнему свисали у него между пальцами, но стул был таким удобным, что руки старика опустились и он начал мерно кивать головой в старческой дреме.
Двор был совершенно пуст. Лишь несколько кур копались в пыли, скорее из любопытства, чем в надежде что-либо отыскать, однако звуки, доносившиеся отовсюду, свидетельствовали о том, что здесь есть люди, которые не могут позволить себе соснуть после обеда. Из-за дома слышались звонкие удары пустого ведра о воду, скрип ворота, когда ведро вытягивали из колодца, и снова удар о воду. В сарайчике в конце двора что-то толкли в ступе, и мерные, монотонные звуки совсем убаюкали старика. Его голова склонялась все ниже. Читать далее

Роджер Желязны. Когда расцветают бомбы

Бомба цветет один раз в жизни.

foto35

Семя ударяется о землю и вспыхивает ослепительно яркий шар, затмевающий солнечный свет, плавящий камень и металл далеко вокруг, а потом в диком реве разрываемого воздуха и сверкающем ореоле радиации из клубов пепла сожженного мира рождается трепещущий бутон, раздувается, ломается и проклевывается исполинский, пламенно черный гриб, величественно вздымающийся над опаленной чудовищным жаром землей. Читать далее

Жерар Клейн. Планета семи масок

Спокойным шагом вошел он в белые, сияющие перламутром ворота, и день внезапно сменился ночью, расцвеченной бесчисленными праздничными огнями. Легкий, почти неуловимый аромат витал в воздухе. Сбегающие вниз улочки рассекали ряды причудливых зданий, похожих на нагромождения скал, эти улочки чужого города манили его, хотелось окунуться в оживленную, хотя и не шумную толпу, вслушаться в приглушенный гул незнакомых голосов. Но он чуть было не обернулся, превозмогая искушение еще раз увидеть за своей спиной пустыню, протянувшуюся до самого горизонта.
Оттуда он пришел; он преодолел этот океан песка, а раньше ему пришлось преодолеть другую, еще более безжизненную и равнодушную пустыню — космос. Ибо он был одним из тех странно устроенных существ, что не чувствуют себя дома нигде во Вселенной, а меньше всего там, где родились — он был человеком. Читать далее